Отец Павел Флоренский. Возвращение длиною в век. Интервью с игуменом Андроником (Трубачевым) (2012)

Отец Павел Флоренский не покидал родины, но его возвращение затянулось на годы. Русского Леонардо» расстреляли в 1937 г., и только спустя 75 лет его имя почтили поминальным крестом. Это случилось в минувшем декабре в Сергиевом Посаде. Там же построят Культурный центр Павла Флоренского. Отец Павел отдал этому месту 30 лет, здесь жили его близкие, совершилось его духовное становление. В Центр Флоренского будут перенесены материалы из его мемориальной квартиры в Москве.

Не забывайте рода своего

«Мое убеждение, что роду нашему должно иметь предстоятелей у Престола Божия. ...Отказ от этого стояния, бегство от алтаря приведет к тяжелому року над нашим домом. ...Пусть же в каждом поколении хоть один будет иерей, лучше — как я, т.е. иерей для себя, иерей для службы Божией...» (Павел Флоренский, «Завещание». 1919 г.)

Полвека спустя по написании этого наказа внук отца Павла, отец Андроник (Трубачев), поступил в братство Троице-Сергиевой Лавры. Он единственный из потомков избрал этот путь и единственный, кто по сей день живет в доме, который в 1915 г. купил в Сергиевом Посаде его дед. С этим связан другой завет Флоренского: «Дома, библиотеки, вещей не продавайте без самой крайней нужды. Главное же, мне хотелось бы, чтобы дом оставался долго в нашем роде, чтобы под крылом Преподобного Сергия вы, и дети, и внуки ваши долго-долго имели крепость и твердую опору...»

Нужда была, особенно после исчезновения отца Павла (о его гибели родные узнали после войны). Но дом уцелел, хотя в распоряжении семьи остались только три комнаты. Семья же состояла из семерых — жены Флоренского, пятерых детей и тещи Надежды Петровны Гиацинтовой. Жили трудно, но ни строчкой, ни былинкой не поступились. Сохранили даже засушенные трилистники, сорванные в день, когда отец Павел решил жениться, и в день рождения дочки Ольги (матери отца Андроника). Их несли так же бережно сквозь годы, как личные вещи отца Павла и подаренные ему святыни: служебные книги из храма Марии Магдалины, посох, на какой опирался в мае 1917 г. во время прогулки с отцом Сергием Булгаковым, запечатленной на знаменитой картине Михаила Нестерова «Философы», епитрахиль святого праведного Иоанна Кронштадтского, сколок камня, на котором мо- лился Серафим Саровский, живописные портреты духовников — старца Гефсиманского скита Троице-Сергиевой Лавры иеромонаха Исидора и епископа Антония Флоренсова, икона Толгской Божией Матери с собственноручной надписью святой преподобномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны.

Сегодня это не только «святыни», но и «единицы хранения». Их тысячи. Непостижимо, как все эти годы они располагались на стандартной жилой площади и как среди них умещались еще и люди. Правда, некоторые из них находились в московской квартире Флоренских (Долгий переулок, 16/12; (в советское время — ул. Бурденко). Ее приобрела мать отца Павла Ольга Павловна, когда в 1915 г. вместе с другими детьми пере- бралась из Тифлиса в Москву, «ближе к сыну». Первоначально помещение состояло из пяти комнат. После революции комнат стало две. В них жили сестры отца Павла и его мать. В 1920-е гг., когда Флоренский работал на «Карболите», его прописали в них официально для получения продовольственного пайка. После смерти Ольги Павловны в 1951 г. туда перебралась семья дочки Павла Флоренского Ольги. Последней, кто жил на этой квартире, была ее дочь — внучка ученого- священника, родная сестра отца Андроника, научный сотрудник реставрационного Центра им. академика И.Э. Грабаря Мария Сергеевна Трубачева. В конце 1980-х гг. здание закрыли на капремонт, и у отца Андроника родилась идея создать в нем музей Флоренского. Однако по окончании работ дом заселили другими собственниками, и здесь начинается следующая история — борьбы за музей и за возвращение имени отца Павла.

Музей Флоренского в Москве

«Не забывайте рода своего, прошлого своего, изучайте своих дедов и прадедов, работайте над закреплением их памяти. Старайтесь записывать все, что можете, о прошлом семьи, дома, обстановки, вещей, книг и т.д. Старайтесь собирать портреты, автографы, письма, сочинения печатные и рукописные всех тех, кто имел отношение к семье, краду, знакомых, родных, друзей. Пусть вся история рода будет закреплена в вашем доме, и пусть все около вас будет напитано воспоминаниями, так чтобы ничего не было мертвого, вещнаго, неодухотворенного» (Павел Флоренский, «Завещание»).

Дети и внуки отца Павла воспринимают это послание как адресованное им лично. Все они так или иначе причастны к публикациям его работ, участвуют в мероприятиях его памяти. Но сделать эти слова своей миссией выпало на долю отца Андроника. Наверное, потому, что для него они, как и все сказанное дедом, обращены не только к потомкам по крови, но и к потомкам по духу — всем людям. Донести этот дар до возможно большей аудитории стало для отца Андроника делом жизни.

К наследию предка отец Андроник обратился задолго до его «реабилитации» в прессе. Ему посвятил дипломную работу в Историко-архивном институте и диссертацию в Московской духовной академии. С конца 1980-х гг. заговорил о создании музея. До общества эту идею донес Дмитрий Сергеевич Лихачев, когда в качестве председателя правления Советского фонда культуры открывал выставку «Возвращение забытых имен» в Центральном Доме литераторов 22 января 1989 г. Имя Флоренского академик назвал первым, которое Советский фонд культуры должен возродить. Однако увидеть задуманное Дмитрий Сергеевич не успел. Прошло восемь лет, прежде чем планы осуществились.

Над открытием музея работало много людей, но выделить стоит три ключевые фигуры: отец Андроник (инициатор проекта), Вячеслав Брагин (заместитель министра культуры, внедривший эту идею в чиновничьи умы) и московский мэр Юрий Лужков. Последний инициативу поддержал и не щадил кулаков, наводя грозу на подчиненных, тормозивших ход дела. Общими чаяниями 8 декабря 1997 г., в 60-ю годовщину смерти Флоренского, музей на ул. Бурденко был открыт.

Он небольшой, состоит из трех помещений. Из них первое озаглавлено «Род и семья» и посвящается предкам ученого и его детям. Второе— «Столп и утверждение истины» — рассказывает о его священстве. Третье — «Кабинет философа» о научной деятельности «русского Паскаля». Пропускная способность музея невелика. Отсюда ее частые «гастроли» в другие культурные центры. Последним таким «выходом в свет» стала выставка в Мультимедиа Арт Музее на Остоженке, прошедшая в ноябре 2012 г. и приуроченная к 75-летию гибели отца Павла.

На вернисаже присутствовали внуки и правнуки Флоренского, в том числе старший из них, доктор геолого-минералогических наук, профессор Российского государственного университета нефти и газа имени И.М. Губкина, составитель многотомного собрания писем отца Павла, Павел Васильевич Флоренский, а также писатели, искусствоведы, философы, для которых, как и для отца Андроника, тема «русского Леонардо» стала главной в жизни. Сам отец Андроник по болезни отсутствовал. Его представляла только что вышедшая книга «Путь к Богу. Личность, жизнь и творчество священника Павла Флоренского» — первая из шеститомного труда, которому он посвятил 20 лет.

Единственный спонсор издания — Фонд священника Павла Флоренского, основанный в 2010 г. Он же 5 декабря 2012 г. открыл в Сергиевом Посаде памятник пострадавшим в годы гонений и репрессий. По словам директора фонда скульптора Марии Тихоновой, то и другое — только начало возвращения имени Флоренского в культурный обиход России. Впереди дальнейшая публикация шеститомника об отце Павле, конференции и встречи его памяти и главная цель организации — открытие музея, а точнее Культурного центра Павла Флоренского в Сергиевом Посаде.

«Идея создать музей Флоренского в Сергиевом Посаде родилась давно, — объясняет внучка философа Мария Сергеевна Трубачева. — Отец Павел отдал этому месту 30 лет, здесь жили его близкие, совершилось его духовное становление. Что касается мемориальной квартиры в Москве, то она слишком маленькая и не может ни представить все имеющиеся материалы, ни принять всех желающих ее посетить. Поэтому речь идет о другом здании, которое только предстоит построить на улице Вифанской неподалеку от дома, где жил отец Павел. Самый дом Флоренских сохранился, но он ветхий и в нем недостаточно места для экспонирования всех материалов. Отсюда решение создать музей не в самом этом доме (на нем в 1990 г. установили мемориальную доску), а в соседнем, где в советское время помещались детский сад и санаторий. В 1992 г. мы обратились к городской администрации Сергиева Посада с просьбой предоставить это здание под музей. После долгих переговоров было принято положительное решение, но оно не воплотилось в жизнь. Когда этот соседний дом сгорел, отец Андроник предпринял новый виток усилий. В 2010 г. по его инициативе был создан Фонд Флоренского, которому удалось получить в аренду этот участок. Что касается сгоревшего здания, то это усадебный дом конца XIX в., который заново возведут по сохранившемуся проекту. Там можно будет расположить материалы, которые не выставляют в Москве, а также экспонаты, связанные с окружением отца Павла, его семьей, средним сыном Кириллом Павловичем — учеником Вернадского, известным геохимиком и планетологом, исследователем Тунгусского метеорита. Он прожил дольше других детей отца Павла и скончался в 1982 г.».

«Пока у Фонда Флоренского немного союзников, — сетует его директор Мария Тихонова. — Не считая внуков отца Павла, это московский завод по производству йода «Диод», депутат Посадского райсовета Сергей Боков и Союз кинематографистов в лице президента Международного кинофестиваля «Золотой витязь» Николая Бурляева. У него в Сергиевом Посаде дом, где он часто бывает, у отца Павла. Лет пять назад Николай Петрович участвовал в создании музея в деревне Завражье Костромской области. Это родина Андрея Тарковского и предков Флоренского со стороны отца. Соединив усилия, обе семьи решили открыть там совместный музей».

Образ Мира

«Когда грустно, когда вас обидят, когда что не будет удаваться, когда придет на вас душв ная буря — выйдите на воздух и останьтесь наедине с небам. Тогда душа успокоится». (Павел Флоренский «Завещание»).

Поминальный крест, установленный 5 декабря 2012 г. в Сергиевом Посаде, посвящен не только Павлу Флоренскому. Об этом в день открытия монумента поведал внук философа игумен Андроник (Трубачев).

— Первоначально мы хотели сделать памятник Павлу Флоренскому. Но потом решили, что в год его смерти погибло очень много людей, миллионы. И появилось ощущение, что надо посвятить его всем. Это будет с нашей стороны и более скромно, и принесет больше пользы людям.

— Поминальный крест в Сергиевом Посаде — начало большого проекта, который осуществляет Фонд Флоренского. Следующим этапом будет сооружение Культурного центра отца Павла. На какой стадии эта работа?

— Сделан эскизный проект. Он должен по- лучить экспертную оценку и одобрение Министерства культуры. Место под строительство уже выбрано. Это территория бывшей усадьбы, которая, будучи признана памятником федерального значения, подверглась разрушению и теперь будет восстанавливаться в первоначальном виде. Потом создадут рабочий проект, и по его утверждении можно будет приступать к строительству. Когда точно это произойдет, пока неизвестно.

— Памятник в виде креста. Значит ли это, что он — приношение только священникам и верующим?

— Нет, — там же написано: «...и жертвам репрессий». За веру во Христа — это ядро, но в целом он призывает помнить обо всех, кто погиб. Это естественно для России, для православного города, что он включает в себя крест. Какой еще символ можно выбрать в Сергиевом Посаде? К тому же четырехконечный крест — это вообще образ Мира: высота, глубина и широта.

— Зачем нужна историческая память, чем она может помочь?

— Как зачем нужна? Она помочь нам жить может! Вы же должны помнить о своих родителях, а эти погибшие — наши родители! Кто не любит родителей— того и дети не будут любить. Мы должны помнить о них по совести и «ради корысти». По совести — потому что обязаны отдавать им дань. «По корысти»— если забудем, с нами то же самое будет. Не хотим, чтобы это повторилось, — должны думать.

— Отсутствие памяти — не единственная «язва нашего времени». Из того, что сейчас с нами происходит, что, на ваш взгляд, самое страшное?

— Равнодушие и зависть.

— Павел Флоренский оставил нам колоссальное наследство — от богословских трудов до инженерных патентов и теории искусств. Какой, по-вашему, самый главный его урок?

— Не роптать, а нести те времена и те обстоятельства, которые дал Бог. Дал жить во времена гонений — живите, не ропщите. Дал мир — живите во время мира, не ропщите.

— Какое из произведений особенно важно для вас лично?

— «Завещание». Сегодня оно опубликовано.

— В минувшем декабре вышла первая книга вашей монографии об отце Павле «Путь к Богу. Личность, жизнь и творчество священника Павла Флоренского». Расскажите о ней, пожалуйста.

— Всего в издании будет шесть томов. Первая книга уже представлена в Мультимедиа Арт Музее в Москве. Она уникальна тем, что создана фактически самим отцом Павлом. Он собрал сведения о своих предках, написал подробнейшую генеалогию. Ни один ученый не сделал бы этого так дотошно, как он сам. В мою задачу входило расшифровать и систематизировать материалы. Первая книга рассказывает о его предках. По одной линии они известны с XIV и XVII вв., по другой линии, армянской, уходят очень глубоко, что видно по генеалогическим таблицам. Еще эта книга говорит о его раннем обращении к Богу, об увлечении естественными и математическими науками, о приходе в академию и том духовном руководстве, которое он там получил. У него были замечательные духовники — старец Исидор Гефсиманский и владыка Антоний Флоренсов.

— Первая книга посвящена роду Флоренских?

— Не роду, а ему самому. Но человек не живет в безвоздушном пространстве: у него есть окружение — семья, предки, дети, друзья, враги.

— Вы много лет занимаетесь изучением наследия отца Павла и его возвращением людям. Когда вы поняли, что это ваш путь?

— Давно уже. С 20 лет я начал работать над этим непосредственно.

— Помните, как это произошло? — Это вопрос личного характера — давайте таких не задавать. Сегодня мы поминаем людей, которые пострадали, в том числе отца Павла, а не меня. Поэтому внимание должно быть к ним, а не ко мне.

— Сегодня в поисках надежды тысячи людей устремились в Церковь. С чего человеку неподготовленному нужно начинать этот путь? Что читать, кого слушать?

— Это зависит от самого человека. Относитесь к этому спокойно. Если книга вам помогает— читайте. Не понимаете, мешает — отложите. Для одного подходит Достоевский — ведет его и по жизни, и по совести, и к Церкви, и к Богу. А другой говорит: нет, это мне чуждо.

Надо спокойно относиться, не делать культа из произведений и людей. Что помогает — тем и пользуйтесь.

Саша Канноне
(по материалам журнала "Покров")