О чем плачут иконы? Интервью с П.В.Флоренским (2014)

Чего-чего, а православных чудес в нашей жизни много. Но все равно не хватает. За чудом, которое можно увидеть и пощупать, люди готовы ехать куда угодно.

Главного специалиста по чудесам я нашла на кафедре литологии РГУ нефти и газа им. И.М.Губкина. Павел Васильевич Флоренский — известный ученый. Вот уже полтора десятка лет он возглавляет Экспертную группу по чудесным знамениям при Богословской комиссии Московской патриархии. Но профессор и академик РАЕН, автор ряда открытий в области геологии не видит в этом никакого парадокса. Он смотрит на необычные явления с научной позиции, с точки зрения естественника.

Внук священника и ученого о. Павла Флоренского, которого называют русским Леонардо да Винчи за исследования и открытия в самых разных областях, рассказывает о православных чудесах, которые он наблюдал, и самой большой тайне своего деда.

— Павел Васильевич, была ли у вас возможность прочитать уголовное дело вашего деда?

— Да, я его проштудировал. Переписывать было трудно, поэтому я протащил диктофон. В комнате работали в основном старые коммунисты, которые «стукнули» на меня тут же. Пришел архивист в штатском, отобрал у меня кассету, пустую, правда, а потом мне уже дали ксерокопию всего дела. Про кагэбэшников считается нужным говорить только плохое, но я видел, как они успокаивали людей, которые знакомились с уголовными делами своих репрессированных родственников. А как они работали, готовя реабилитации! Низкий поклон им. Я вообще-то москвич коренной, но вышел из архива и заблудился, не мог найти метро. А ведь на Кузнецком Мосту я знал каждый дом. Как филателист и старый «юный биолог», часто наведывался на эту улицу, чтобы купить марки или заглянуть в зоомагазин. А тут растерялся.

— Такое сильное потрясение испытали?

— Да. Все признания написаны дедом собственноручно, это не копии — я соприкоснулся с его почерком. Павла Александровича Флоренского обвиняли в создании антисоветской монархической националистической фашистской организации. Когда стало ясно, что дело заранее сфабриковано, дед ничего нового не сказал. Он лишь подтверждал показания Павла Гидулянова.

— То есть он себя оговорил?

— Конечно, это был самооговор. Новое, что «признал» Флоренский на следствии, что он был руководителем этой организации, чем значительную часть обвинения взял на себя. В отношении других обвиняемых он показывал на допросах, что это мало на что годные интеллигенты, которых даже не успели вовлечь в заговор.

В чем видят малодушие моего деда? В том, что он, как куропатка, отманивал от своего гнезда. У него были жена и пятеро детей. Постоянно писал в письмах: «Я думаю о вас», что значило: «Я молюсь за вас». В 1936 году родился я — старший внук. Он очень интересовался мной и был горд, что меня назвали Павлом в его честь.

— Почему его арестовали? Он ведь был лоялен к советской власти, служил в госучреждениях, участвовал в работе ГОЭЛРО. Даже в лагере продолжал трудиться на благо страны: разрабатывал методику строительства в условиях вечной мерзлоты, изобрел йодный эликсир.

— А почему десятки тысяч других арестовали? По навету? Нет, конечно... Сложно дать однозначный ответ. Дело в том, что на каждого арестованного было два комплекса дел: одно — судебное, другое — оперативное, которое не дается никому. В деле деда получается, что ни с того ни с сего метут десять человек, их допрашивают по готовому протоколу, и они сознаются в том, чего не делали никогда.

— Почему о. Павел не эмигрировал? Ведь у него была такая возможность.

— Он же русский человек.

— Я была на кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа. Там русский погост, где похоронены те, кто вынужден был уехать, в том числе священники.

— Значит, дед был недостаточно русским (смеется), он наполовину армянин. Мария Федоровна Мансурова приписывала ему фразу, что лучше грешить со своим народом, чем чувствовать себя праведником вне его.

— Когда семья узнала о смерти Павла Флоренского?

— В 37-м году письма прекратились. Приговор был — 10 лет без права переписки. Тогда еще не знали, что это означает. И мы подавали записки о здравии деда долгие годы. Советские законы правильные: пропавший без вести мертвым не считается.

Его реабилитировали лишь в 1958 году, тогда семье сообщили, что Павел Флоренский умер 15 декабря 1943 года. Его отпевал наместник Троице-Сергиевой лавры Пимен (Хмелевский), впоследствии архиепископ Саратовский и Волгоградский. Только спустя еще тридцать лет мы узнали точную дату смерти Павла Александровича Флоренского — 8 декабря 1937 года. В справке указано: «Причина смерти — расстрел. Место смерти — неизвестно».

— Как вы думаете, почему о. Павел не канонизирован?

— Чтобы стать священником, нужно быть поповичем и с детства прислуживать в храме. Но дело, конечно, не в этом, ибо по прадеду дед был поповичем. Да, у деда есть спорные вещи, но никто не сказал «ересь». В частности, софиология (течение русской религиозно-философской и богословской мысли первой трети XX вв. — Е.С.), за которую его лягают. Но софиологией в 30-е увлекался отец Сергий (Булгаков), а Павел Александрович «занимался» ею в концлагере. В доброе старое время, я имею в виду первые века христианства, если человек пострадал за веру и не отрекся, то его тут же канонизировали. Сегодня основой для канонизации являются пыточные документы в ВЧК. Надо ли анализировать этот кошмар? В расстрельных документах сказано, что Павел Флоренский — священник, не снявший с себя сана и не отрекшийся. К этому нечего добавить.

Кроме семьи у него было другое, что он оберегал. По сути дела, судьба России от него зависела. Они с графом Олсуфьевым по благословению наместника лавры архимандрита Кронида перед раскрытием мощей сохранили одну из главных святынь нашей страны — главу заступника России преподобного Сергия Радонежского.

— Это какая-то детективная история!

— Кто знал правду, клялись страшной клятвой молчать. Даже когда я обратился к 80-летней княжне Екатерине Павловне Васильчиковой, она на меня не по-княжески орала: «Откуда вы это знаете? Об этом нельзя говорить!»

...По Сергиеву Посаду пронесся слух о готовящемся властями вскрытии мощей преподобного Сергия, которое должно было состояться в Лазареву субботу перед Пасхой 1919 года. Лавра была закрыта, братию выселили. Дальнейшая сохранность мощей оказалась под большой угрозой. Дед узнал об этом, и вместе с графом Олсуфьевым они направились к наместнику за благословением. Затем они тайно проникли в Троицкий собор, где после прочтения молитвы у раки с мощами преподобного отделили с помощью копия главу святого, которую заменили головой погребенного в лавре князя Трубецкого. От удара остался след на черепе святого.

Граф Олсуфьев положил святыню в дубовый ковчег и закопал во дворе дома. А позже мой духовник Павел Голубцов, он же будущий архиепископ Новгородский и Старорусский Сергий, перенес ее в район Николо-Угрешского монастыря под Люберцы, где она и находилась до окончания войны. Последней хранительницей стала Екатерина Павловна Васильчикова, которая держала ларец в своей комнате. В 1946 году, когда вновь открылась Троице-Сергиева лавра, а мощи преподобного Сергия были возвращены монастырю, святыня вернулась в раку. Главу князя Трубецкого снова захоронили.

— Есть какие-то доказательства, что все было именно так? По-моему, существуют и другие версии.

— Мы не сходимся с другими исследователями, которые полагают, что главу взяли оскверненную из музейной экспозиции и подменили. Украли из музея или вынесли святыню — есть разница?

По семейному преданию, отец Павел сделал записи о своем участии во всей этой истории на форзаце одной из книг на греческом языке. Но после обыска из его дома было вывезено 4 грузовика книг, поэтому прямых доказательств не существует. Но косвенно дед говорит об этом в своих книгах «Иконостас», где он рассуждает о гравюре, и в «Философии культа». Там есть такая фраза: «Когда я шел в ночь из лавры, то ощутил неподходящий по сезону аромат цветов. Я понял, что это от бороды: я прикасался к мощам».

— Павел Васильевич, а в вашей жизни были чудеса?

— Я человек верующий, для меня все — чудо. Вскоре после рождения, на втором месяце жизни, у меня начался сепсис. Я был обречен. Моя тетя Юлия Александровна Флоренская была врачом. Она училась в Швейцарии, потому что в то время в России женщина не могла получить высшее медицинское образование. Она мазала меня маслицем от иконы преподобного Серафима Саровского, и я выздоровел.

Спустя десятилетия член нашей экспертной группы по чудесным знамениям журналистка Татьяна Шутова во время чеченской войны побывала в Шали и помазала маслом, привезенным из Дивеева, руки саперов, которым предстояли работы по разминированию. Никто из них не погиб. Разве это не чудо?

— А почему ваша комиссия не исследует случаи чудесного исцеления?

— Мы сразу объявили, что мы ученые-естественники, а не врачи и не психиатры. Мы заняты изучением пограничных явлений — всем тем, что можно перелить, измерить, сфотографировать. Для верующего человека всякое излечение есть исцеление. Пантелеймон-целитель с ложечкой всегда изображается. В старые времена врачи давали клятву Гиппократа на Евангелии и на кресте. Но чудеса и благодать ни в коей мере не подменяют медицину. Сколько бед натворили экстрасенсы, которые еще недавно пользовались бешеной популярностью! На их совести сотни человеческих жизней, когда больные, вместо того чтобы лечиться, верили всяким пассам и эликсирам. С болезнью надо обращаться только к врачу! А молиться — это и здоровому человеку не противопоказано.

— Истинная вера не нуждается в подтверждении. Но почему так падки на чудеса именно верующие люди?

— Для истинно верующего все наполнено Богом. Я боюсь чудес, хотя у нас наглости хватило изучать научно, профессионально два самых великих чуда в христианстве: cхождение Благодатного огня в храме Гроба Господня на Пасху и чудо на горе Фавор, когда в день Преображения собираются облака. И это в сухом климате пустыни! Правда, там у нас не получилось. Злословят, что это из-за нас. Я шучу, что, если даже тогда иерусалимский патриарх служил и облако не появилось, я перегрешить его святость не могу. Мы привезли кучу метеорологических приборов и описали научным языком условия схождения облака: давление, температуру, влажность, составили графики и точно можем сказать, при каких условиях это возможно.

— А что удалось зафиксировать при схождении Благодатного огня?

— Тут поймали фокус. Впервые в истории получилось зафиксировать мощный электрический разряд, некий гигантский всплеск электричества за несколько мгновений до схождения огня. Измерительную аппаратуру изготовил заведующий лабораторией ионных систем Курчатовского научного центра Андрей Волков.

— А крещенскую воду вы исследовали?

— Пока нет. Дед писал в «Философии культа», что это особенная вода, у нее даже цвет немножко другой.

— Наверное, вы не раз сталкивались с таким явлением, как обновление икон?

— Приносят в храм грязную, запыленную икону. Бабулька ее маслицем каждый день протирает. Постепенно грязь слезает, правда, очень часто вместе с изображением... Но есть и другие случаи, которым я не могу не верить. Например, просто поставили икону под стекло, и она обновилась. Как? Объяснить невозможно. Мы еще другое явление изучали: отпечаток иконы на стекле.

— Отображение иконы на стекле киота еще называют двоением. Можете дать объяснение?

— Нам удалось выяснить, что на стекле проявляется конденсат подобного мылу вещества, которого нет ни в дереве, ни в лаке, ни в красках икон. Каким образом контур переносится на стекло киота? Если что-то испаряется и оседает, оно должно лечь ровным слоем, а здесь появляется рисунок. Это явление, безусловно, из разряда чудес.

— Вы видели иконы, которые мироточат?

— Ну, во-первых, строго говоря, не мироточат, а маслоточат, ибо миро варится специально патриархом. Видел. Мы анализировали много таких случаев. Думаю, что явление это рядовое и в других конфессиях происходит. Но, увы, иногда это проще всего их объяснить жульничеством, тем более что люди на этом зарабатывают. Самый большой шум с мироточением икон был в подмосковном Клину и в поселке Локоть Брянской области.

— Вам удалось там побывать?

— Да. Во-первых, выглядело это совершенно одинаково. В комнате на полках стоят иконы, под ними поддоны, и все это мироточит. В поддонах масло, стекающее с икон, с некоторых — благоуханное, с отдушкой, с некоторых — без запаха. Стоит очередь. Люди привозят свои иконы, оставляют в комнате с мироточащей и выходят. Когда возвращаются, все иконы уже покрыты маслом. Еще там были фотографии трех монахов, которых сатанист убил в Оптиной пустыни, у них лики тоже были обмироточены — явно брызгали по трафарету. Я оставил на столе лист бумаги, и он пропитался маслом по краю иконы. Даже моя неблагочестивая ручка, которую я забыл в «комнате чудес», тоже «замироточила».

Когда провели анализы масла из обоих мест, выяснилось, что и в Клину, и в поселке Локоть использовали растительное масло. Единственная разница, что в одном месте лили подсолнечное, а в другом не пожалели оливкового.

— Ну, с маслом все понятно, а что можете сказать по поводу кровоточащих икон?

— Там же, в Клину, икона Богородицы кровоточила. Но Ее кровь должна была землю прожечь! Чекист, который присутствовал с нами на этом «чуде», сразу сказал: намазано! И добавил, что видел больше крови, чем мы чаю выпили. В Оренбургской области тоже кровоточила икона. Неблагочестивая журналистка соскоб сделала и отдала на анализ. Это была свиная кровь.

— Как вы относитесь к тому, что люди обращаются с просьбами к святым, учитывая их «специализацию»? Святителя Спиридона просят об обретении жилья, в учебе помогает Сергий Радонежский, с проблемами в бизнесе идут к Иоанну Новому, болящие молятся Пантелеймону. У иконы святителя Николая всегда сонм свечей.

— Жалею, не купил в храме плакат, к какому святому по каким проблемам обращаться. Это напоминает табло в поликлинике: там дантист, здесь хирург. Расскажу одну историю. Прадед моего бывшего студента был протоиереем, его могилу очень почитают, а один из родственников в советское время работал в Моссовете и заведовал квартирным вопросом. Он похоронен на одном из старых московских кладбищ. Памятник скромный: хоть и распределял человек жилье, но не разбогател. Мой бывший студент недавно навещал могилу этого родственника. Смотрит: там какие-то цветы, свечки стоят. Оказалось, кто-то сообщил, что коли этот человек в Моссовете жилищным вопросом ведал, то он по-прежнему эти вопросы оттуда решает...

Мы слишком часто относимся к боженьке по-деловому. Однажды в разговоре с одной благочестивой дамой я сказал: «Сделал доброе дело, и то-то у меня сразу получилось!» — она мне ответила: «Павел Васильевич, а вам не кажется, что вы с Богом в бартерные отношения вступаете?»

— Павел Васильевич, такое ощущение, что вы сами не очень-то верите в чудеса.

— Почему? Напротив, не только верю, но ЗНАЮ, что все пронизано благодатью. В православии есть главное чудо — Преосуществление Святых Даров, когда хлеб и вино превращаются в тело и кровь Христа.

Беседовала Елена Светлова

("Московский комсомолец", 11.10.2014)