"...Пребывает вечно": том первый, том истины. О книге П.В.Флоренского (2011)

30 мая в библиотеке «Дом Лосева» состоялась презентация первого тома книги Павла Васильевича Флоренского, внука священника Павла Флоренского. Как говорит сам Флоренский-младший, «…Пребывает вечно» — книга четырех авторов. Это письма из Соловецкого лагеря особого назначения сокамерников и собеседников — отца Павла, инженера-экономиста Н.Я.Брянцева, метеоролога А.Ф.Вангенгейма, химика Р.Н.Литвинова — с 13 октября 1934 года по 16 мая 1935 год.

Многостраничный, увесистый том писем, иллюстрированный и снабженный научными комментариями, — это, без сомнения, уникальная книга. А выход ее — историческое событие. Так небезосновательно считает сам составитель — Павел Васильевич Флоренский, ученый-геолог, педагог и академик РАЕН. Многие годы жизни он посвятил увековечению памяти своего выдающегося деда. Первый том книги «…Пребывает вечно» — знаменательная веха в этом деле.

Письма священника Павла Флоренского, богослова, математика, естествоиспытателя, искусствоведа, уже были опубликованы ранее, но в таком окружении и контексте — вместе с письмами других узников Соловков, они напечатаны впервые. Профессор, химик Роман Николаевич Литвинов, инженер, один из создателей Урало-Кузбасского комбината Николай Яковлевич Брянцев и также один из создателей Единой гидрометеослужбы СССР Алексей Феодосьевич Вангенгейм — тоже люди незаурядные. Как сказано в аннотации к книге, «письма написаны в тяжелейших условиях лагеря, но исполнены удивительной силы духа, ощущения глубины и гармонии бытия».

О том, как велась работа над книгой, на презентации рассказал Павел Васильевич. Началась она еще в 60-годах XX века…

— В нашей семье всегда было тайной, кто мы и чьи потомки, ведь дед и отец были репрессированы. Жили с постоянным страхом, стараясь нарочно не высовываться. Все было скрыто. Но страх этот сломала моя тетя, племянница отца Павла, — она передала мне в наволочке письменный архив Флоренского. Это и стало основой для работы.

Павел Васильевич вспоминал, как переписывал письма деда и отдавал на перепечатку машинисткам. Шел 62-й год, эпоха террора против диссидентов, «было страшно». Но в конечном итоге дело было сделано — письма увидели свет в собрании сочинений отца Павла. Конечно же, по ним прошлась советская редактура — примерно так же, как и по изданному в 70-х в Тарту труду «Обратная перспектива»: многоточия и скобки вместо слова «Бог»…

Когда можно стало посещать Соловки, Павел Васильевич начал туда ездить. Здесь знакомился с разными людьми и постепенно вышел на внуков других узников Соловецкого лагеря, сокамерников отца Павла: инженера Брянцева, метеоролога Вангенгейма, химика Литвинова.

Особенно интересна история знакомства с Николаем Романовичем Литвиновым: оно состоялось совершенно случайно (как и любое чудо, впрочем), в одной из поездок Павла Васильевича, связанной с его научной деятельностью. Там он познакомился с православными людьми, которые решили восстановить разрушенный монастырь. Один из этих людей и посоветовал Флоренскому-младшему пообщаться с «химиком, сыном репрессированного». По словам Павла Васильевича, Николай Романович Литвинов был трагической личностью — он всю жизнь жил, пытаясь спрятаться, хотя был талантлив. Он передал внуку священника письма отца. Однажды Павел Васильевич решил не переписывать эти письма, а надиктовывать в диктофон — для быстроты. Делалось это в присутствии Николая Романовича.

— В какой-то момент я увидел, что Литвинов плачет. Оказалось, он не читал их никогда.

Не читал, видимо, боясь своих чувств, стремясь не тревожить глубокую рану…

Письма соловецких узников домой, родным — это письма любви и заботы. Отец Павел переживал за близких, давал наставления и советы своей семье, оставшейся без главы. Алексей Феодосиевич Вангенгейм же присылал своей дочери какие-то листики, палочки — стремясь обучить ее арифметике. Опубликованы в книге и его акварели.

Эти письма из «камеры смертников», исполненные милосердия, через много лет после их написания объединили потомков Флоренского, Литвинова, Брянцева и Вангенгейма.

— Мы побратимы, — сказал Павел Васильевич. — Наши отцы и деды не кровью, а самим прахом своим перемешались в общей могиле…

Книга «…Пребывает вечно» — это памятник. Книга о подвиге, о самом важном. О том, как человек остается человеком в нечеловеческих, людоедских условиях. «Как и послания Апостола, эти письма не документы зла и беззакония, а свидетельство величия человека, ни при каких обстоятельствах не отрекающегося от Истины и добра».

Наталья Волкова
(Интернет-издание "Татьянин день")